«Умирающие» языки программирования


Содержание

ИЕРАРХИЯ ЯЗЫКОВ – ЕСТЬ ЛИ ОНА? А ЕСЛИ ЯЗЫК НЕКОНКУРЕНТОСПОСОБЕН? УМИРАЮЩИЕ ЯЗЫКИ – ЭТО НОРМА ИЛИ ТРАГЕДИЯ?

ИЕРАРХИЯ ЯЗЫКОВ – ЕСТЬ ЛИ ОНА? А ЕСЛИ ЯЗЫК НЕКОНКУРЕНТОСПОСОБЕН? УМИРАЮЩИЕ ЯЗЫКИ – ЭТО НОРМА ИЛИ ТРАГЕДИЯ?

Прежде чем начать, хотел бы оговориться, что профессиональным лингвистом я не являюсь и с удовольствием выслушаю корректировки профессионалов, если таковые появятся.

«Иерархия языков»… Словосочетание звучит, мягко говоря, необычно, если не сказать дико. Как можно языки сравнивать, выстраивать «по ранжиру»? Да и с точки зрения международного права, официально провозглашающего всех наций и народов это как-то не правильно. Однако, если отвлечься от привычных штампов и просто спокойно посмотреть на окружающую жизнь всех уровней, то начинаешь понимать, что иерархия существует. Она не всегда строгая, не всегда официальная, но она есть. И возникает из простой проблемы: На каком языке общаться людям разных национальностей, когда они начинают что-то делать вместе.

Начнем с бытового уровня. Когда я служил в советской армии главным языком, понятно, был русский, как официальный. Но для меня достаточно любопытным наблюдением стало то, что уроженцы Средней Азии между собой общались на узбекском языке, хотя его статус ни в каких уставах прописан не был. Туркменский, киргизский и пр. были в стороне. Возможно, это было связано с большей численностью узбеков, а возможно с более высоким культурным развитием узбекского народа на фоне остальных, еще недавно, кочевников. Факт иерархии, как говорится, налицо.

Некоторое время мне довелось поработать в Европе, а также немного попутешествовать. Там я наблюдал другое любопытное наблюдение. В Швеции, Дании, Норвегии, где я побывал, я легко мог объясниться по-английски практически с любым человеком на улице. Надписи на улицах и ценники нередко дублируются. Но в Германии – картина другая. Когда мы приехали туда на самодеятельную экскурсию, то на английском мы в последний раз поговорили на корабле. На берегу с нами по-английски не разговаривал никто. И если бы не мои зачаточные знания немецкого языка, приобретенные во время работы с немецкими двигателями, то мы так и остались бы на пирсе. Купить билет на общественный транспорт, пообедать в кафе, спросить дорогу не по-немецки было невозможно. С нами просто отказывались разговаривать иначе. В музее, где статус учреждения культуры обязывает, крупном супермаркете, где с туристами, видимо, считаются, еще можно было что-то выяснить на английском, но не более того. Как видим, статус английского языка по отношению к местному в Скандинавии и Германии существенно различается. Примерно то же самое мне рассказывали об английском и французском языках во Франции.

О том, что английский язык сейчас, де-факто, признан как язык международного общения, что английский часто является официальным языком транснациональных компаний, думаю, подробно напоминать не стоит.

Теперь об иерархии на официальном уровне. В любом государстве, где больше одного народа, обязательно заявлен государственный язык (иногда больше), на котором ведется государственное делопроизводство.

Наконец, ООН – организация, в своих основополагающих документах провозглашающая равенство всех и вся. Там заявлено 6 официальных языков: английский, арабский, испанский, китайский, русский и французский. ООН работает на этих языках, а не на всех языках стран-членов по очереди или жребию, как того требует идея равенства. Как говорится в шутке времен СССР: «Все равны, но есть более равные».

Как видим иерархия языков – реальность, как на бытовом, так на государственном и международном уровнях.

И коль скоро, существует иерархия языков, то логически, должна существовать и борьба за место в этой иерархии. То есть конкуренция. Здесь далеко за примерами ходить не нужно. Еще со времен Петра Первого Россия была зоной, где русский язык конкурировал с иностранными. При Петре Первом это был немецкий. Следы этой конкуренции просматриваются в названиях придворных чинов, вроде камер-юнкера или обер-фурьера; а также названиях чинов горного ведомства. Столетие спустя, это был французский, статус которого в русском культурном обществе не смогло поколебать даже наполеоновское нашествие. Здесь мы должны добрым словом помянуть память А.С. Пушкина, создавшего великолепные образцы словесности на русском языке, которые не просто приятно читать, но которые поставили русский язык в один ряд с ведущими мировыми языками. Потом будут Толстой, Достоевский, Чехов, но Пушкин был первым, создавшим произведения мирового уровня на русском языке. В ХХ веке к художественной литературе добавилась литература политическая, труды Ленина, Сталина издавались огромными тиражами и люди учили русский, чтобы читать их в подлиннике, без искажения переводом. Прорыв в космос и открытия в мирном атоме привлекли внимание к русскому языку, как языку передовой науки. И сейчас в мире не возникает сомнений в статусе русского языка, как языка мирового уровня. Но за этот статус пришлось побороться и, по всей видимости, борьба еще впереди.

В этой связи комичной выглядит претензия, по историческим меркам недавно (чуть больше 100 лет назад) изобретенной «мовы», на статус государственного языка. Помните эпизод, когда правительство «незалежной», в которое входили грузин, прибалт, американка, было вынуждено проводить свои заседания на русском языке?

Теперь о так называемых «мертвых» языках. Почему в кавычках? Обычно так говорят применительно к греческому и латыни. Но сомнительно называть мертвым то, что живет, хоть и в искусственных условиях. Ни кому не приходит в голову считать вымершей домашнюю курицу или комнатные цветы, хотя в природных условиях, они едва ли бы выжили. Понятна ситуация с языком древних египтян. От него остались только надписи на камнях и на папирусе, как он звучит, не знает никто. Но латынь и греческий едва ли можно назвать мертвыми. Не возьмусь судить о греческом, но латынь – обязательный предмет в медицинских ВУЗах. Открываются новые виды животных и растений, создаются новые виды лекарственных препаратов. Лексикон латыни пополняется. Язык живет, хоть и в искусственных условиях.

Почему они остались живы? Возьму на себя смелость предположить две причины: Культура, доставшаяся варварам от античной цивилизации, была записана на латыни и греческом. И долгое время после падения Римской империи, ученые продолжали работать на латыни. По наследству от античного мира, латынь перешла и как язык Католической Церкви. А греческий – как язык Православной Церкви, по крайней мере – первой в Диптихе — Константинопольской. И второй аспект: наука всегда претендовала на внеполитический статус, статус третейского судьи. И здесь язык, который ни для кого не является родным как раз кстати.

Соответственно, если есть конкуренция среди языков, значит, есть и проигравшие эту конкуренцию, неконкурентоспособные. Тогда и отмирание языков – процесс естественный, как вымирание динозавров или выход из употребления дискет 3,5”. Здесь можно снова упомянуть язык древних египтян, который когда-то не выдержал конкуренции с древнегреческим.

Подведем итог. Иерархия языков, их конкуренция и отмирание – процессы реально существующие и реально протекающие. И нужно признать очевидное.

И помимо научного аспекта есть и аспект прикладной. Если мы признаем факт существования конкуренции, то и работать мы будем в режиме конкуренции. Тогда нашим потомкам не придется восстанавливать звучание русских слов по уцелевшим письменным артефактам.

Esperanto новости

Сейчас Ср ноя 13, 2020 20:59 pm

Часовой пояс: UTC + 3 часа

Языки программирования и живые языки

Страница 1 из 2 [ Сообщений: 31 ] На страницу 1 , 2 След.
Версия для печати Пред. тема | След. тема
Автор Сообщение
Boris Kolker
Akademiano

Зарегистрирован: Сб мар 29, 2003 20:47 pm
Сообщения: 1858
Откуда: Usono

Вернуться к началу
Natura Forto

Зарегистрирован: Сб мар 15, 2003 12:46 pm
Сообщения: 5210
Откуда: SPb

_________________
Esperu ĉiam!

Вернуться к началу
Profesoro de Esperantologio

Зарегистрирован: Вс авг 31, 2003 14:46 pm
Сообщения: 509
Откуда: Moskvo

Вот как надо проталкивать свои продукты. Не жалеть средств на так наз. «локализацию».

MICROSOFT ВЫПУСТИТ WINDOWS XP НА ЭФИОПСКОМ ЯЗЫКЕ, ХИНДИ, ГУДЖАРАТИ И ТЕЛУГУ

Microsoft объявила о начале специальной программы. В ее рамках компания в течение года удвоит число локализованных версий операционной системы Windows XP и программного пакета MS Office 2003 .

В частности, разработчики уже подготовили версии Windows на литовском, сербском, украинском, каталанском, хинди, тайском (сиамском) и ряде других языков. В ближайшее время список расширится за счет амхарского языка, на котором говорит часть населения Эфиопии, и девяти языков, распространенных в Индии, в том числе гуджарати и телугу .

Программу по разработке локальных версий Microsoft проводит совместно с правительствами разных стран и региональными властями. Планируется, что в течение года число локализованных версий Windows XP будет доведено до 80 . Об этом сообщает Lenta.Ru.

Пользователю, для того, чтобы локализовать свою операционную систему, достаточно загрузить с сайта Microsoft и установить на компьютер соответствующий программный пакет. Каждый такой пакет предназначен для определенной базовой версии Windows XP — к примеру, Windows на каталонском будет доступна только тем пользователям, у кого установлена базовая версия на испанском.

Вернуться к началу
Natura Forto

Зарегистрирован: Сб мар 15, 2003 12:46 pm
Сообщения: 5210
Откуда: SPb

Вот как надо проталкивать свои продукты. Не жалеть средств на так наз. «локализацию».

MICROSOFT ВЫПУСТИТ WINDOWS XP НА ЭФИОПСКОМ ЯЗЫКЕ, ХИНДИ, ГУДЖАРАТИ И ТЕЛУГУ


_________________
Esperu ĉiam!

Вернуться к началу

Вот как надо проталкивать свои продукты. Не жалеть средств на так наз. «локализацию».

MICROSOFT ВЫПУСТИТ WINDOWS XP НА ЭФИОПСКОМ ЯЗЫКЕ, ХИНДИ, ГУДЖАРАТИ И ТЕЛУГУ

А по-моему, это просто ответ линукс-сообществу, у которого уже давно оболочки и программы говорят по-украински. Я переводил Мандрейк на украинский тогда, когда поделки от Билли только-только учились говорить по-русски.

NB: в юниксах есть libc, в libc есть механизм locale, который позволяет «на лету» подключать языковые модули для разных языков, включая даже те из них, которые пишутся справа — как иврит или арабский. В Windows такой продуманной системы локализации нет.

Вернуться к началу
Нацыяналіст
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2004 13:01 pm
Сообщения: 217

Увы, хотелось бы согласиться с фишером, да практика показывает, что как раз-таки у майкрософтовских продуктов меньше всего проблем с локализацией. Перевести интерфейс на такой-то язык — полдела. Вторая половина — корректные ввод и отображение символов. Здесь линукс просто слаб, поскольку с уникодом не знаком, а виндовс (из семейства НТ) на этом самом уникоде основан. Сам проверял: в 2000/ХР русской версии файлы хоть иероглифами называть можно. А в линухе мне так и не удалось добиться правильного отображения элементарной кириллицы на НТФС-ных разделах (спрашивал на форумах — а в ответ тишина. ).

Да, к теме: замечание из жизни — мой любимый эсперанто иногда упоминается вместе с моей любимой Явой (типа «Ява — это эсперанто в мире компьютеров»). Так, приятно.

Вернуться к началу
Нацыяналіст
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2004 13:01 pm
Сообщения: 217

[quote=»NikSt»]к примеру, Windows на каталонском будет доступна только тем пользователям, у кого установлена базовая версия на испанском.

Интересно, а как быть, скажем, с панъевропейской версией? Да и как они заблокируют установку дополнений поверх версий на других языках? Впрочем, не сомневаюсь, что в крайнем случае помогут доблестные хакеры

Маздай, маздай, зис виндовс маздай

Вернуться к началу
Нацыяналіст
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2004 13:01 pm
Сообщения: 217

Всё так, Славик. Английский у них — реальный язык межнационального общения, основной язык СМИ. Ну, а насчёт гуджарати и телугу — так можно спросить «а нафига украинский, если все там и так русский понимают». Маркетинг типа, как НикСт указал.

Вернуться к началу

глупости говорите. И поддержка уникода есть, и нтфс по-русски буквы отображает, причем как минимум полтора года — именно тогда я сам sukcesa переполз на уникод.

Совсем другое дело — это инертность пользователей, привыкших к koi8/cp1251/whatever

Mirinde Fekus
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Вт июл 20, 2004 9:32 am
Сообщения: 156
Откуда: Adam

ну, проблема отображения кириллицы в нтфс-разделах — лично ваша. у меня все ок работает. многие друзья и с китайским, и с французским замечательно работают.
если нужна консультация, пишите на
Jabber: negus@jabber.ru
ICQ: 132079001
MSN: creature@bk.ru

да и вообще, проблемы корректного отображения кодировок решаются довольно просто, а Unicode под *nix можно включить уже давно.

Увы, хотелось бы согласиться с фишером, да практика показывает, что как раз-таки у майкрософтовских продуктов меньше всего проблем с локализацией. Перевести интерфейс на такой-то язык — полдела. Вторая половина — корректные ввод и отображение символов. Здесь линукс просто слаб, поскольку с уникодом не знаком, а виндовс (из семейства НТ) на этом самом уникоде основан. Сам проверял: в 2000/ХР русской версии файлы хоть иероглифами называть можно. А в линухе мне так и не удалось добиться правильного отображения элементарной кириллицы на НТФС-ных разделах (спрашивал на форумах — а в ответ тишина. ).

Да, к теме: замечание из жизни — мой любимый эсперанто иногда упоминается вместе с моей любимой Явой (типа «Ява — это эсперанто в мире компьютеров»). Так, приятно.

Вернуться к началу
Вернуться к началу
Нацыяналіст
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2004 13:01 pm
Сообщения: 217

Ну-ка посмотрим, кто говорит глупости.

Поддержка, говорите? А Виндовс НТ на уникоде основан!

А я, вообще-то, говорил не о русских буквах, а о кириллице. Если для Вас это одно и то же, то наше обсуждение просто бессмысленно.


Вот-вот, а Линукс к этому и приучает — в Мандрейке по умолчанию для русского языка как раз кои-8 и предлагается, хотя кто этим недоразумением ещё пользуется? Похоже, у линуксовых разработчиков инертности как раз больше, чем у майкрософтовских. Так что я пока 95% времени провожу в виндовсе, хотя Линукс на диске тоже имеется — так, для забавы, для работы непригоден.

Вернуться к началу
Glawen (как гость)

А нафиг им тогда санскрит?

Вернуться к началу
Вернуться к началу
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Пт сен 05, 2003 12:36 pm
Сообщения: 131
Откуда: Moskvo

И правильно делают! (некоторые дистрибутивы уже полностью юникодовые и с русским языком там работать очень сложно)

Т.к. с юникодом возникает много проблем — некоторые юниксовски программы его ещё не научились поддерживать. А как известно по своей идеологии юникс это не монолитная система, а набор взаимодействующих программ (Unix way), так что надо дождаться пока они все будут корректно работать с юникодом.

К тому же, большинству пользователей достаточно поддержки юникода на уровне приложений (браузер, текстовый редактор ktp).

Ну а если очень хочется, то можно полностью перейти и на юникод, но это пока только для опытных пользователей.

Вернуться к началу
Fervora Forumano

Зарегистрирован: Пн авг 30, 2004 13:19 pm
Сообщения: 871
Откуда: Moskva

И правильно делают! (некоторые дистрибутивы уже полностью юникодовые и с русским языком там работать очень сложно)

Т.к. с юникодом возникает много проблем — некоторые юниксовски программы его ещё не научились поддерживать. А как известно по своей идеологии юникс это не монолитная система, а набор взаимодействующих программ (Unix way), так что надо дождаться пока они все будут корректно работать с юникодом.

В виндовс при переходе на юникод тоже были проблемы. Просто в очередной версии видов таже программа начинала давать знаки вопросов в всех меню и всё.

Однако всё это не связано с сходством/различием языков разговорных и программирования.

Вернуться к началу
Novico

Зарегистрирован: Чт сен 09, 2004 6:32 am
Сообщения: 22
Откуда: МоскваСиликоновая Долина

Можно встрять?
Ситуация, IMHO, вот такая:
— для разработчика — одинаковы Windows и Unix системы в этом плане
— для конечного пользователя/НЕкомпьютерщика — безусловно, Windows проще в настройке языковой поддержки

Работаю программистом по интернационализации, и соседний отдел — по локализации — консультирую. А продукт наш (C/C++,Java; XML,JSP, DHTML) работает и на всех Unix системах (включая AIX и Unix от HP, правда Линукс — Redhat, а не Мандрейк) и на всех Windows системах и поддерживает —
с моей помощью — и японский и китайский и все европейские

.
1) Просто FYI — для обогащения знаний — так как увидел отмеченное мной жирным шрифтом в цитате выше —
есть 2 сильно отличающиеся вещи:

а) Локализация — L10n (10 букв между ‘L’ и ‘n’ в слове Localization). Это обычно просто перевод текстов — тесктовых строк в ссобщениях об ошибке, например, текстов элементов интерфейса, подготовка, с этими переведёнными текстами, message catalogs, resource-only DLL и т.д. и т.п.
Функционирования системы это не касается, программый код инженеры по L10n не должны трогать (они часто и не программисты) — если следующий пункт правильно сделан:

б) Интернационализация — I18n — (18 букв между) — это как раз о программном коде, о функционировании системы:
— ввод и отображение текстов (даже если интерфейс самой системы- английский, НЕ локализованный, она должна например, без искажений (без data corruption) работать с японскими или латышскими текстами)
— даты/время, разделители (десятичный. ) в цифровых значениях должны быть согласно локали; сортировка тоже
— подготовка к локализации — чтобы все подлежащие переводу вещи были отдельно от самого кода — чтобы можно было их в переводческое бюро отдать и НЕ менять код на этапе локализации, когда интефейс самой системы (и всё остальное) делают японским.

Ссылки на самые известные (и очень полезные) сайты по этим вопросам есть на моём сайте, в разделе «Ссылки по интернационализации и локализации»

.
Опять же, для разработчика Windows и Unix почти одинаковы в плане I18n и L10n — ну, под Windows и в Java, например, XML парсер уже включает всё нужное для разных алфавитов/кодировок, а вот под Unix, если C/C++ — нет, не включает, скажем парсер XERCES (и другие) ничего такого — ну так подключаем к нему I18n библиотеку от IBM — ICU, не вопрос жизни и смерти

А вот наши (из разных стран) QA-инженеры, которые имитируют конечного пользователя, могут (с матом на японском, русском, или французском) многое рассказать о Unix-системах — какие трудности и обходные пути там для настройки некоего языка — хотите, могу примеры привести.

Ну НИКАК нельзя сравнивать по удобству для пользователя/НЕкомпьютерщика эти вещи под Windows (где легко) и под Unix-системами.

2) А про Unicode. Часто без него никуда, например, при создании многоязычной Интернет-страницы.

Насчёт ‘вопросиков’ в программах — это не совсем Unicode виноват, ведь как была в системе (будь то Unix или Windows) только одна в данный момент системная кодовая страница (и системная локаль), так и есть — и надо к этому подстраиваться, даже пользователю -НЕкомпьютерщику. Можно почитать на моём сайте (в профайле он) мои странички для такого пользователя — разделы

«Системная Русификация» (про символы в интерфейсе программ — меню, диалоги, . — и решения)
«Unicode и кириллица» (про ‘вопросики’ или ‘кракозябры’, появляющиеся при работе с русскими текстами под НЕрусской Windows и решения)
«Русский в браузерах/Почте» (про ‘вопросики’, часто получающиеся в Outlook Express и простые решения)

Вернуться к началу
Нацыяналіст
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2004 13:01 pm
Сообщения: 217

Спасибо за информацию, интересно. Надеюсь, модераторы не вырежут (т.к. последние сообщения — совсем не по теме данной ветки ). Позволю себе комментарии на комментарии.

Я весьма далёк от разработки, но если действительно всё равно, то почему под Линукс (самая распротранённая из «иксового» семейства ОС) настолько меньше софта? Пример: под Windows офисов — немеряно, под Linŭ — KOffice, Sun StarOffice / OpenOffice.org, да и всё, пожалуй.

Да Windows (2000 / ХР) и настраивать не надо, всё уже есть, всё уже под рукой сразу после установки, никакие конфиги править не надо!


И почему ж тогда в умных книжках по Яве акцентируется внимание на том, что единственной «безопасной» кодировкой для многоязычных ХМЛ является УТФ-8, ещё (только для западноевропейских языков) исо8895-1, а вот остальные применять крайне не рекомендуется, т.к. парсеры глюкаются?

Строго говоря, при кодировании можно и без уникода обойтись, если применять сущности в формате типа &xxxx;, (но такие штуки не все браузеры понимают.

У меня в Виндовсе одна-единственная локаль (а откуда им многим взяться), а проблем с уникодом никаких (ну, строго говоря, проблемочки есть при работе из консоли — там система принимает только символы из cp866, так это мелочи жизни).

В общем, пора закругляться, а то в откровенный флуд скатываемся.

Вернуться к началу
Novico

Зарегистрирован: Чт сен 09, 2004 6:32 am
Сообщения: 22
Откуда: МоскваСиликоновая Долина

Я весьма далёк от разработки, но если действительно всё равно, то почему под Линукс (самая распротранённая из «иксового» семейства ОС) настолько меньше софта? Пример: под Windows офисов — немеряно, под Linŭ — KOffice, Sun StarOffice / OpenOffice.org, да и всё, пожалуй.

Ну, это совсем просто — особенно глядя отсюда, из Силиконовй Долины — это рынок виноват — программные продукты под Windows типа Excel, Word, Access. затребованы корпорациями — смотрите, в некой фирме 5тыс. сотрудников, у каждого из них (из нас) — на столе — Windows-машина — поэтому рынок сбыта просто-напросто несоизмерим.

И почему ж тогда в умных книжках по Яве акцентируется внимание на том, что единственной «безопасной» кодировкой для многоязычных ХМЛ является УТФ-8, ещё (только для западноевропейских языков) исо8895-1, а вот остальные применять крайне не рекомендуется, т.к. парсеры глюкаются?

Значит, это НЕ умная кножка Серьёзно, раз они пишут про iso-8859-1, где даже символа валюты Евро нет, то что говорить?
Я участвую уже много-много лет в международной конференции по Unicode (когда они её здесь, в Долине проводят) и слышал лично многих известных разработчкиво Java — и из Sun, и из IBM — и все говорили корректные вещи —
что всё от ситуации зависит — когда нужен UTF-8, а когда вполне можно (и нужно) обычной кодировкой пользоваться, типа windows-1251 для русского.

Строго говоря, при кодировании можно и без уникода обойтись, если применять сущности в формате типа &xxxx;, (но такие штуки не все браузеры понимают.

Вы наверное, ещё не взглянули на мою страничку «Многоязычный HTML», упомянутую в предудщем сообщении, поэтому так написали —
нет, это не ‘строго’, а ‘теоретически’, потому что на практике для настоящей многоязычной страницы, то есть, где не 2 греческие буквы на русский текст, а много текста на разных языках (хотя бы по 2-3 параграфа),
не получится использовать цифровые коды вместо букв — как тогда редактировать текст. Поддержка сайта тогда в кошмар превратится — именно поэтому все такие сайты — в UTF-8, чтобы был обычный текст, а не цифровые представления.

У меня в Виндовсе одна-единственная локаль (а откуда им многим взяться), а проблем с уникодом никаких (ну, строго говоря, проблемочки есть при работе из консоли — там система принимает только символы из cp866, так это мелочи жизни).

Вы путаете локали и кодировки
Проблемы с Unicode у Вас нет, так как система у Вас — русская и Вы не работаете с, наприер, немецкими текстами в неюникодовых программах и/или в файлах .TXT —

проблемы есть у тех (например, с копированием между Word или Internet Explorer и некоей НЕюникодовой программой или с загрузкой .TXT файла в Word) если:

— системная кодовая страница — русская, а текст — немецкий
— наоборот, системная кодовая страница — западно-еврпопейская, а текст — русский
— .

Вот они и им подобные (и их решения) и описаны в тех разделах, о которых я упомянул в предыдущем сообщении.
.

Вернуться к началу
Нацыяналіст
Plenrajta Forumano

Зарегистрирован: Пн янв 12, 2004 13:01 pm
Сообщения: 217

Извините, не могу не придраться: как можно писать такую ахинею? Долина-то [color=red]Кремниевая[color] (Silicon Valley, not Silicone)!

Ну да, всё верно — универсального решения нет, и не видно в перспективе.

Легко — пользоваться UniRed-ом.

Вот здесь Вы крупно ошибаетесь — работаю и с немецкими, и с французскими, и с португальскими, и с польскими текстами, и ещё с тучей языков и кодировок. И в неуникодовых файлах (включая всякую экзотику типа JIS, EUC). А вот программы — почти все уникодовые, а самое главное — ОС уникодовая (т.е. ВинНТ).

Естественно — но в ВинНТ это частные случаи (сейчас везде — уникод), а в *ксах — правило.

с загрузкой .TXT файла в Word) если:

— системная кодовая страница — русская, а текст — немецкий

Ну, это Вы уж загнули. Тут проблемы будут либо если Ворд очень старый, либо если у пользователя мозгов мало. Тем более, что Вордом я сейчас практически не пользуюсь — предпочитаю OpenOffice.org (у которого проблем ещё меньше, т.к. он изначально и насквозь уникодовый).

Вернуться к началу
Novico

Зарегистрирован: Чт сен 09, 2004 6:32 am
Сообщения: 22
Откуда: МоскваСиликоновая Долина

Извините, не могу не придраться: как можно писать такую ахинею? Долина-то [color=red]Кремниевая[color] (Silicon Valley, not Silicone)!

Вы не представляете, как долго я за это боролся — и на форумах типа http://forum.exler.ru/ib/index.php?showforum=33 и в других местах общения ‘наших’, то же самое доказывая, когда — года 4 назад — стали вдруг почему-то вместо ‘Кремниевая» писать «Силиконовая» — но проиграл —
уже несколько лет везде в русских текстах — в российской прессе и прессе США и других стран; на Интернетовских сайтах и публикациях, например на http://www.vesti.ru/comments.html? — пришлось смириться

Легко — пользоваться UniRed-ом.

Ну, это нехорошо — одно-единственное средство — а может, человек, в отличие от меня и Вас, НЕ ‘вручную’ пишет HTML код, а пользуется, например, MS Front Page?
Или — в моём случае — у меня другой редактор — UltraEdit, где мне удобно писать (макро разные себе сделал. ) — что же мне выучивать другой редактор?

Нет, не могу с Вами согласиться — внутри файла .HTML
НЕ стоит иметь нечитаемый набор &#nnnn;
а стоит иметь [b]обычный текст пусть даже в кодировке UTF-8 — обычные буквы удобнее, чем цифровые значения.

с загрузкой .TXT файла в Word) если:

— системная кодовая страница — русская, а текст — немецкий


Ну, это Вы уж загнули. Тут проблемы будут либо если Ворд очень старый, либо если у пользователя мозгов мало.

Вы напрасно так думаете — русскоязычные форумы полны жалобами типа:
— (в Германии, немецкая Windows 2000) «Пытаюсь открыть в Word русский .TXT — кракозябры; пытаюсь текст из Word сохранить как .TXT — ‘вопросики'»
Или — «копирую с русской страницы, из браузера, или из Word, текст в DreamWeaver — бяка»

— на российских форумах — те же жалобы на немецкий или французский текст

Умирающие языки: забыть или возродить?

Альбина Харченко

На этой неделе в британском Камартене прошла конференция, посвященная умирающим языкам. Сотни ученых со всего мира обсуждали, как спасти тысячи находящихся на грани исчезновения языков. Но стоит ли бороться за сохранение языков, исчезающих вместе с их последними носителями?

В этом году СМИ сообщили о смерти 85-летней Боа Ср, жившей на Андаманских островах в Индийском океане и последние 40 лет остававшейся единственной носительницей языка бо. Лингвисты называли этот язык одним из самых древних в мире: он существовал более 65 тысяч лет, и со смертью Боа Ср стал достоянием только ученых.

Бо – не первый, и, как говорят лингвисты, далеко не последний язык, который вскоре умрет. По оценкам ученых, человечество теряет ежегодно около 25 языков. Из 7 тысяч языков, на которых говорят в мире, половина может исчезнуть.

Количество носителей многих языков на планете уже сейчас насчитывает не более одной-другой дюжины человек: например, на языке народа онгота на северо-западе Эфиопии говорят всего 20 человек.

Что можно сделать, чтобы предотвратить исчезновение языка? Об этом говорили на самых разных языках ученые на конференции в Камартене.

Встреча была организована британским обществом языков, находящихся на грани исчезновения. Глава общества лингвист Николас Остлер считает, что сам факт проведения конференции в Камартене также интересен с точки зрения лингвистики.

«Валлийский язык в течение XIX и XX века был в упадке, и только начиная с 1970-х годов до наших дней он начал вновь развиваться», — говорит Остлер.

Возрождение языка

История с валлийским языком – пример того, как казавшийся умирающим язык начал возрождаться. Хоуэл Льюис – философ и лингвист из Уэльса считает, что валлийский язык в борьбе отстоял право на жизнь.

«Уэльс был присоединен к Англии. Один американский историк в своей книге написал, что Уэльс стал первой английской колонией. Нас колонизировали в 1536 году. Генрих VIII сразу ввел нечто вроде закона, по которому люди должны были говорить не по-валлийски, а по-английски», — рассказывает Льюис.

По его словам, пренебрежительное отношение к языку продолжало существовать многие годы.

«Я помню, как к нам в школы приезжали английские инспекторы и валлийский язык обвиняли в том, что он не дает его носителям никаких преимуществ в общественной жизни и карьере. Детям, которые говорили по-валлийски, вешали на шею кусок дерева на веревке. После школы тех, у кого на шее была такая деревяшка, били», — вспоминает лингвист.

Принуждение к языковому миру

Если рассматривать язык прежде всего как инструмент общения, не означает ли смерть языка просто то, что необходимость в таком инструменте отпала?

По словам американского лингвиста Грегори Андерсона, занимавшегося изучением языков коренных жителей Сибири и побывавшего в экспедиции в нескольких деревнях в глубинке Томской области, причина, по которой люди отказываются от своего языка – дискриминация.

«Сообщества людей, говорящих на исчезающем языке, часто находятся в условиях постоянного давления. В Сибири преобладающий над остальными язык – русский. Но люди должны понять, что в отношении исчезающих языков мы не стоим перед выбором «или-или», — считает Андерсон.

По его мнению, нет никаких причин, по которым кто-то не может говорить дома на другом языке, чем на работе или в общественных местах.

«Использование государственного языка может быть оправдано в каких-то ситуациях, но дома у людей всегда есть выбор, — говорит ученый. — Но иногда люди не говорят на собственном языке просто потому, что им физически не дают этого сделать. Так, например, было в Америке, когда учеников отдавали в школы и заставляли говорить по-английски. Точно так же сибиряков заставляли говорить по-русски».

Вопрос совести

В Нью-Йорке противостоять медленной смерти языков пытается лингвист Дэниел Кауфман из «Альянса языков, находящихся в опасности». Он занимается проектом по сохранению вымирающих языков живущих в Нью-Йорке людей. Среди участников его проекта есть в том числе и русскоговорящие участники.

«Мы работаем с носителями кабардинского и адыгейского языка. Я не сказал бы, что они находятся на грани исчезновения. Но внутри этих диаспор в прошлом веке произошли многие перемены», — говорит Кауфман. — «Носителей языка разбросало по всему миру, и многие стали двуязычны. Те, кто живет на Ближнем Востоке, говорят по-арабски, те, кто живут в Турции, говорят по-турецки, те, кто живут в России, говорят по-русски. Во всех этих местах существует давление, вынуждающее говорить на доминирующем языке».

Об этом давлении говорит и жительница Адыгеи Жанна Шаззо – одна из участниц проекта Кауфмана. Она рассказала, что адыгейский язык выучила только благодаря отцу – в школе для изучения родного языка им выделялось часов даже меньше, чем для английского.
_________________________________________________________________________
«Россия же такое государство, которое тебе все время напоминает, что надо говорить по-русски», говорит Жанна Шаззо, жительница Адыгеи
_________________________________________________________________________

Нужно ли сохранять умирающие языки?

Может быть, как говорят некоторые скептики, если язык медленно и верно умирает, с этим надо просто смириться? Максим Кронгауз, директор Института лингвистики, не согласен с этим.

«Это такой общий вопрос: надо ли сохранять архитектурные памятники или вымирающие виды? В природе умирает все – и языки, и дома, и культуры. Вопрос в том, хотим мы об этом помнить или нет. Можно, конечно, обо всем этом забыть и бодро идти в будущее. Будет ли оно светлым, я не уверен. Можно ли теряя культуру, идти вперед? Мне кажется, что это роботизация общества. В конечном итоге необходимость сохранения прошлого – вопрос совести и культуры человечества и каждого человека в отдельности», — утверждает ученый.

Языковая смерть

Языковая смерть – это лингвистический термин, обозначающий смерть или вымирание языка. Также называется исчезновением языка.

Исчезновение языков

Обычно проводятся различия между языками, находящимися под угрозой исчезновения (которые изучает небольшое количество детей или не изучает никто), и мертвыми языками (последний носитель которых умер).

Каждые две недели умирает один язык

Лингвист Дэвид Кристал подсчитал, что «один язык умирает где-то в мире, в среднем, каждые две недели» (By Hook or by Crook: A Journey in Search of English, 2008 г.).

Языковая смерть


  • «Каждые 14 дней умирает один язык. К 2100 г. более половины из 7000 языков на Земле (многие из которых еще не записаны) могут исчезнуть, забирая с собой богатство знаний об истории, культуре, природной среде и человеческом разуме» (National Geographic Society, проект «Enduring Voices»).
  • «Мне всегда жаль, когда умирает какой-то язык, потому что языки – это родословная народов». (Сэмюэл Джонсон, цитата из произведения Джеймса Босуэлла «The Journal of a Tour to the Hebrides», 1785 г.).
  • «Языковая смерть возникает в нестабильных билингвальных или мультилингвальных языковых сообществах как результат языкового сдвига от регрессивного языка меньшинства до доминирующего языка большинства» (Вольфганг Дресслер, Language Death, 1988 г.).
  • «Аборигенное население Австралии представляет некоторые языки, которые находятся под самой большой угрозой исчезновения в мире, в том числе язык амурдаг, считавшийся мертвым до тех пор, пока лингвисты несколько лет назад не обнаружили Чарли Мунгулду, живущего на Северной территории Австралии» (Холли Бентли, Mind Your Language, The Guardian, 13 августа, 2010 г.).

Влияние доминирующего языка

  • «Язык называется мертвым, когда на нем больше никто не говорит. Он может продолжать свое существование в записанной форме (традиционно, в письменном виде, а с недавних пор – как часть архива звуко- и видеозаписей, и в определенном смысле он действительно продолжает «жить» таким образом), но о нем нельзя говорить как о «живом языке», если у него нет говорящих носителей».
  • «Влияние доминирующего языка существенно отличается в разных частях света, как и отношение к нему. В Австралии присутствие английского языка, прямо или непрямо, привело к огромному лингвистическому опустошению, и 90% языков начали исчезать. В то же время, английский язык не является доминирующим языком в Латинской Америке: если языки исчезают там, это никак не может происходить «по вине» английского языка. Более того, наличие доминирующего языка не приводит автоматически к 90% показателю вымирания. Русский язык долгое время был доминирующим языком в странах бывшего СССР, но полное уничтожение местных языков составило всего 50%» (Дэвид Кристал, Language Death. Cambridge University Press, 2002 г.).

Эстетическая потеря

  • «Когда умирает язык, главной становится не культурная, а эстетическая потеря. Щелкающие звуки в некоторых африканских языках имеют бесподобное звучание. Во многих амазонских языках необходимо добавлять суффикс, указывающий на источник информации, если вы что-то говорите. Кетский язык в Сибири настолько прекрасен своей нестандартностью, что кажется произведением искусства».
  • «Но давайте помнить, что такое эстетическое удовольствие чувствует, главным образом, сторонний наблюдатель, часто – профессиональный ценитель, такой как я сам. Профессиональные лингвисты или антропологи относятся к определенному меньшинству».
  • «В конечном итоге, языковая смерть является, как ни странно, признаком сближения людей. Глобализация означает миграцию и разделение общего пространства прежде изолированными народами. В их случае отдельные языки сохраняются на протяжении поколений только в условиях чрезвычайно сильной самоизоляции (например, как у амишей) или жесткой сегрегации (евреи говорили на идише не для того, чтобы упиваться своим отличием, а потому, что они жили в апартеидном обществе)» (Джон Макуортер, The Cosmopolitan Tongue: The Universality of English, World Affairs Journal, осень 2009 г.).

Какие шаги предпринять для сохранения языка

Лучшее, что могут сделать нелингвисты в Северной Америке для сохранения языков, диалектов и лексического фонда включает в себя, среди прочего (по словам французского лингвиста Клода Ажежа, автора книги «On the Death and Life of Languages», в статье «Q and A: The Death of Languages», The New York Times, 16 декабря, 2009 г.):

  1. Участие в сообществах, которые работают в США и Канаде, чтобы добиться от местного и центрального правительства признания ценности индейских языков (преследуемых и доведенных до квази-исчезновения в XIX в.) и культур, таких как алгонкинские, атабаскские, пенутийские, салишские, тлингитский , хайда, на-дене, нутка и пр.
  2. Участие в финансировании с целью создания школ, назначения и оплаты услуг квалифицированных преподавателей.
  3. Участие в подготовке лингвистов и этнологов, принадлежащих к индейским племенам, чтобы способствовать выпуску грамматических пособий и словарей в печатном виде, что также требует финансовой поддержки.
  4. Деятельность по освещению знаний об индейских культурах как одной из важных тем в эфире американского и канадского телевидения и радиовещательных программ.

Вымирающий язык в Табаско

«Аяпанский соке – это язык, который использовался на протяжении многих столетий на территории современной Мексики. Этот язык выдержал испанское завоевание, пережил войны, революции, голод и наводнения. Но сейчас, как и многие другие коренные языки, он находится на грани исчезновения».

«Осталось всего два человека, свободно владеющих этим языком, но они отказываются говорить друг с другом. 75-летний Мануэль Сеговия и 69-летний Исидро Веласкес живут на расстоянии 500 метров друг от друга в деревне Аяпа, расположенной в тропической низине в южной части штата Табаско. Неизвестно, стала ли причиной их взаимного нежелания общаться какая-то давняя ссора, но люди, знакомые с ними, рассказывают, что им никогда не нравилось общество друг друга».

«У них мало общего», – говорит Дэниел Суслак, лингвист-антрополог из Индианского университета, работающий над составлением словаря аяпанского соке. По его словам, Сеговия бывает «немного вспыльчивым», а Веласкес, будучи «более стойким», не любит покидать свой дом».

«Словарь – это часть гонки на время, пока не стало слишком поздно. «Когда я был маленьким, все говорили на этом языке, – рассказал Сеговия в телефонном разговоре корреспонденту газеты «The Guardian». – Язык исчезал постепенно, и сейчас я думаю, что он может умереть вместе со мной» (Джо Такман, Language at Risk of Dying Out—Last Two Speakers Aren’t Talking. The Guardian, 13 апреля, 2011 г.).

«Лингвисты, спешащие спасти умирающие языки и призывающие деревенских жителей воспитывать своих детей на языке, который насчитывает небольшое количество носителей и находится под угрозой исчезновения, а не на более распространенном государственном языке, сталкиваются с критическими замечаниями, что они непреднамеренно способствуют удерживанию этих людей в бедности, побуждая их оставаться в малоязычном гетто» (Роберт Лейн Грин, You Are What You Speak. Delacorte, 2011 г.).

Умирающие языки

Посещая Францию сегодня, трудно не оказаться под впечатлением от любви ее народа к своему языку. Французская академия, этот официальный блюститель национального языка, как ястреб следит за устным и письменным французским языком, помогая сохранять его чистоту перед лицом угрозы иностранного влияния. Еще 150 лет назад — примерно шесть поколений — меньше половины жителей Франции говорили на французском. Многие разговаривали на своих местных диалектах и языках. Примерно в это же время в Италии меньше 10 % населения говорили на итальянском. Канцлер Австрии Клеменс фон Меттерних тогда язвительно заметил, что Италия скорее не страна, а «географическое понятие» — и это было правдой, если считать единый язык атрибутом государства.

В XIX веке Европа бурлила новыми идеями и течениями. Романтизм, реализм, индустриализация, колониальная экспансия — все это внесло значительный вклад в развитие нашего «современного» мировоззрения. Одним из главных проявлений нового мышления было возникновение национализма, который и создал современную политическую карту Европы — и имел далеко идущие последствия для остального мира.

До XIX века Европа была поделена на отдельные вотчины, королевства и герцогства. Жизнь была более обособленной, чем теперь. Люди находились в зависимости от местных правителей, и их жизнь вращалась вокруг местных событий. Это отражалось и в брачных традициях. Жених и невеста жили в пределах нескольких километров друг от друга, что было характерно для всей Европы и привело к высокому уровню кровного родства вследствие внутрисемейных браков. То же было и с языком. Например, в то время как в современный Франции существует один официальный язык, строго охраняемый академией, в конце XVIII века там было множество местных языков, на которых говорили в течение сотен или даже тысяч лет. Баскский, бретонский, окситанский, корсиканский, эльзасский — все это были отдельные языки. Например, бретонский — это кельтский язык, который ближе к валлийскому и галльскому, чем к французскому, несмотря на то что это был язык провинции Бретань, расположенной на северном побережье Франции. Говорившие на этих языках считали себя отдельными народами, включенными некогда в состав Франции.

Когда Европой овладел национализм, вновь созданные единые государства стали использовать язык как средство достижения национального единства. Правительства добивались культурной общности, отдавая предпочтение лишь одному языку. Начиная с XVIII века английский стал основным литературным и государственным языком Соединенного Королевства, хотя многие проживавшие там люди говорили на языках, лишь отдаленно напоминающих английский. Результатом стало увеличение количества людей, говоривших на английском в ущерб кельтским языкам. В 1874 году на кельтском мэнском, родном языке жителей острова Мэн, говорили 12 000 человек, и только 4000 — в начале XX века. Последний человек, для которого мэнский язык был родным, умер в 1974 году, и сегодня этот язык как своего рода живое ископаемое поддерживают лишь несколько сотен его ревностных почитателей.

В течение XIX века обязательное изучение государственного языка в школах, так же как и воинская повинность, способствовало его распространению, и за несколько поколений этот процесс был почти полностью завершен. Государственность превратилась в одноязычие. Одним из лучших примеров отождествления языка и государственности является Германия. Братья Гримм, Якоб и Вильгельм, известны своими сказками, которые большинство европейских детей слышат в детстве. Но, возможно, не всем известно, что Якоб был также превосходным лингвистом, который определил принципы замены звуков в процессе развития германских языков, например, когда «б» в предковом индоевропейском слове превратилось в немецком в «п», и так далее. Работа братьев Гримм, по крайней мере отчасти, послужила возникновению чувства единства немецкоязычных народов. Их лингвистические исследования были попыткой установить и систематизировать единство германских языков и их историю с целью создания национального языкового стандарта. А с другой стороны, их сказки были попыткой записать немецкий фольклор, чтобы защитить и закрепить свою национальную самобытность. Германия становилась «немецкой», а братья Гримм в числе интеллектуальных архитекторов новой нации.

В этот период европейского национализма историю стали отождествлять с языком, но тогда это было просто формальное утверждение, что языки определяют культуры, а культуры тесно связаны со своими языками. И причина заключается в количестве времени, которое требуется для «создания» нового языка, а это 500–1000 лет. Именно столько времени необходимо для того, чтобы создать нечто отличное от родственных языков. Например, романские языки разошлись друг с другом примерно за 1500 лет с того момента, когда латынь стала языком Римской империи. Сегодня французский, испанский, итальянский, румынский, каталонский и романшский (на котором говорят в швейцарском кантоне Граубюнден) языки связаны общим происхождением от языка римлян. Для других языков, таких как баскский, потребовалось намного больше времени, чтобы отделиться от своих ближайших языков. Но в каждом случае язык представляет собой конечный результат многолетней культурной изоляции.

С потерей языков мы теряем и часть нашей истории. Если бы исчез баскский язык, мы потеряли бы единственную сохранившуюся связь с доиндоевропейскими языками Европы. Если бы примерно 2000 человек, говорящих на ягнобском языке и проживающих в Таджикистане, стали говорить на таджикском и их дети перестали бы учить ягнобский, мы потеряли бы эту живую связь с эпохой Великого шелкового пути. В каждом случае утраты языка мы теряем часть нашей культурной истории. А если этот язык не был изучен и записан, мы теряем часть нашего прошлого безвозвратно.

Сегодня на пятнадцати наиболее распространенных языках (сточки зрения количества говорящих на них людей) говорит половина населения Земли. Распространению некоторых из этих языков (в том числе английского, испанского и арабского) способствовал колониализм. Другие распространились благодаря росту численности населения, подстегнутому развитием сельского хозяйства, и лучшие тому примеры — китайский и хинди. Однако даже в этих случаях создание национального языка внесло свой вклад в их успех. Очевидно, что некоторые языки становятся намного более распространенными. Сегодня 90 % живущих на Земле людей говорят на ста языках, несмотря на то что лингвисты признают существование более 6000 различных языков. Очевидно, что на большинстве из них общается лишь небольшое число людей.

Будущее большинства из этих языков в лучшем случае неопределенно. Большая часть языков вымирает вследствие тех же процессов, которые сократили число говорящих на ягнобском и мэнском. На большинстве из этих обреченных языков говорят небольшие популяции, которые были либо поглощены более крупными группами людей, либо растворились в них. Язык ягана — на котором говорили описанные Дарвином жители Огненной Земли, о которых мы узнали в главе 1, вероятно, уже исчез, став жертвой европейского колониализма. Лингвисты Дэниэл Неттл и Сюзанн Ромейн подсчитали, что более половины языков мира могут исчезнуть к концу этого века, что равносильно потере одного языка каждые две недели. Есть оценки, что в 1500 году во всем мире существовало 15 000 языков, так что мы уже лишились более половины когда-то существовавших языковых разновидностей.


Возможно, сейчас вы думаете, что в центре внимания этой книги то, что рассказывает о нашей истории наш геном. Почему же тогда нас должны волновать рост национализма и потеря языков? А потому, что, как мы видели в предыдущей главе, с языками часто происходит то же, что и с генами. В таком случае, что именно говорит нам сокращение языкового разнообразия о нынешнем состоянии наших геномов — и об их будущем?

Спасти умирающие языки могут деньги, гласность и коллективная ответственность

21 февраля мир отмечал Международный день родного языка. Ученые в разных странах занимаются проблемами языков, которым грозит исчезновение. Попытки спасать языки наталкиваются на серьезные трудности.

ЭКСПЕДИЦИЯ ПО СПАСЕНИЮ ЯЗЫКА

Как говорят ученые, в мире каждые 14 дней погибает один язык. О феномене умирающих языков мы рассказывали в первой части этой статьи. Есть редкие случаи, когда умирающие языки спасали.

Американские языковеды-исследователи Грегори Андерсон и Дейвид Гаррисон побывали в нескольких деревнях в глубинке Томской области. Отправляясь на эксперимент, они взяли с собой только крайне необходимые вещи: зубные щетки, носки, мыло, микрофоны, видеокамеры, магнитофоны и языковые учебные пособия.

В одном случае они собрали вместе 25 носителей среднечулымского языка. Практически силами двух американских ученых из

неправительственного научного общества «Институт языков в опасности» была предпринята редкостная попытка спасти язык чулымцев от полного и скорого исчезновения.

Многие другие специалисты считают, что с этим процессом ничего поделать нельзя и что такова судьба многих языков. Хотя все равно ученые-лингвисты задаются вопросами: можно ли вообще каким-то образом хотя бы регулировать процесс умирания языков, притормаживать его, а в некоторых удачных случаях останавливать совсем?

Хотя над всем этим явлением доминирует один неумолимый социальный фактор: развитие мира в настоящий отрезок времени происходит таким способом, что малые языковые группы оказываются под давлением главных лингвистических этносов.

И вывод напрашивается один. Малые языки могут быть спасены только при условии, если изменится или исчезнет сама концепция доминирования одних над другими. Тогда при сознательном усилии людей языки избегнут опасности исчезновения.

ЗАФИКСИРОВАТЬ И СОХРАНИТЬ

Глава Британского общества умирающих языков доктор Николас Остлер и его американские коллеги занимаются поиском путей преодоления тенденции гибели малых языков. Николас Остлер вместе со своими сотрудниками организует регулярные экспедиции в отдаленные места – от Сибири, до Боливии и Австралии, работая с местными этносами с целью сохранить редкие языки путем фиксации их в форме транскрипций, видео- и аудиоматериалов.

После этого ученые подвергают полученные образцы серьезной научной обработке. Из подобных экспериментов нередко получаются очень любопытные выводы, которые становятся частью исторической лингвистики.

Например, было прослежено, что язык малого этноса в Таджикистане — ягноби — является потомком древнейшего языка согдиан, на котором говорили еще во времена Великого шелкового пути.

После исследования и анализа специалистов должна наступить, вероятно, самая трудная часть процесса: восстановление и сохранение умирающего языка.

Как уточнил доктор Грегори Андерсон, неважно, что лингвисты думают, говорят и делают. Они не могут совершить одного – сохранить язык.

«Это требует огромных усилий. С одной стороны, это требует подготовки соответствующих материалов для школ. Нельзя также исключать и персональные усилия людей. Реальное желание сохранить язык должно прежде всего исходить от людей», — говорит Грегори Андерсон.

ВОЗРОЖДЕНИЕ УЭЛЬСКОГО ЯЗЫКА

И действительно, практика подсказывает, что, благодаря конкретным усилиям, умирающие языки вдруг начинают расцветать вновь.

Один из фантастических успехов в этой связи продемонстрировал уэльский, или валлийский, язык в британском княжестве Уэльсе. Всего каких-нибудь 20 лет назад этот язык уже считали почти потерянным, а сейчас на нем говорят сотни тысяч людей.

Уэльский язык имеет то, чего нет практически у всех языков, которые вошли в опасную зону исчезновения: уэльский язык довольствуется решительной поддержкой правительства Уэльса.

Эта поддержка как раз и является гарантией выживания языка, подкрепленной достаточным финансированием, а последнее обстоятельство на практике превращает мечту о восстановлении родного языка в реальную действительность.

ДЕНЬГИ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Благодаря подобным примерам многие лингвисты считают, что учреждение ЮНЕСКО 11 лет тому назад Международного дня

родного языка – это шаг в правильном направлении.

Британский лингвист Марк Турин подчеркивает, что этот шаг должен быть усилен дополнительными решениями. Во-первых, нужно повысить уровень финансирования лингвистических программ.

Во-вторых, ЮНЕСКО должна получить полномочия наказывать те страны, которые посягают на базисные лингвистические права своих граждан.

По мнению лингвиста Марка Турина, кроме денег и гласности, должна быть еще коллективная ответственность за создание всего необходимого для спасения умирающих языков.

Умирающие языки: забыть или возродить?

Альбина Харченко

На этой неделе в британском Камартене прошла конференция, посвященная умирающим языкам. Сотни ученых со всего мира обсуждали, как спасти тысячи находящихся на грани исчезновения языков. Но стоит ли бороться за сохранение языков, исчезающих вместе с их последними носителями?

В этом году СМИ сообщили о смерти 85-летней Боа Ср, жившей на Андаманских островах в Индийском океане и последние 40 лет остававшейся единственной носительницей языка бо. Лингвисты называли этот язык одним из самых древних в мире: он существовал более 65 тысяч лет, и со смертью Боа Ср стал достоянием только ученых.

Бо – не первый, и, как говорят лингвисты, далеко не последний язык, который вскоре умрет. По оценкам ученых, человечество теряет ежегодно около 25 языков. Из 7 тысяч языков, на которых говорят в мире, половина может исчезнуть.

Количество носителей многих языков на планете уже сейчас насчитывает не более одной-другой дюжины человек: например, на языке народа онгота на северо-западе Эфиопии говорят всего 20 человек.

Что можно сделать, чтобы предотвратить исчезновение языка? Об этом говорили на самых разных языках ученые на конференции в Камартене.

Встреча была организована британским обществом языков, находящихся на грани исчезновения. Глава общества лингвист Николас Остлер считает, что сам факт проведения конференции в Камартене также интересен с точки зрения лингвистики.


«Валлийский язык в течение XIX и XX века был в упадке, и только начиная с 1970-х годов до наших дней он начал вновь развиваться», — говорит Остлер.

Возрождение языка

История с валлийским языком – пример того, как казавшийся умирающим язык начал возрождаться. Хоуэл Льюис – философ и лингвист из Уэльса считает, что валлийский язык в борьбе отстоял право на жизнь.

«Уэльс был присоединен к Англии. Один американский историк в своей книге написал, что Уэльс стал первой английской колонией. Нас колонизировали в 1536 году. Генрих VIII сразу ввел нечто вроде закона, по которому люди должны были говорить не по-валлийски, а по-английски», — рассказывает Льюис.

По его словам, пренебрежительное отношение к языку продолжало существовать многие годы.

«Я помню, как к нам в школы приезжали английские инспекторы и валлийский язык обвиняли в том, что он не дает его носителям никаких преимуществ в общественной жизни и карьере. Детям, которые говорили по-валлийски, вешали на шею кусок дерева на веревке. После школы тех, у кого на шее была такая деревяшка, били», — вспоминает лингвист.

Принуждение к языковому миру

Если рассматривать язык прежде всего как инструмент общения, не означает ли смерть языка просто то, что необходимость в таком инструменте отпала?

По словам американского лингвиста Грегори Андерсона, занимавшегося изучением языков коренных жителей Сибири и побывавшего в экспедиции в нескольких деревнях в глубинке Томской области, причина, по которой люди отказываются от своего языка – дискриминация.

«Сообщества людей, говорящих на исчезающем языке, часто находятся в условиях постоянного давления. В Сибири преобладающий над остальными язык – русский. Но люди должны понять, что в отношении исчезающих языков мы не стоим перед выбором «или-или», — считает Андерсон.

По его мнению, нет никаких причин, по которым кто-то не может говорить дома на другом языке, чем на работе или в общественных местах.

«Использование государственного языка может быть оправдано в каких-то ситуациях, но дома у людей всегда есть выбор, — говорит ученый. — Но иногда люди не говорят на собственном языке просто потому, что им физически не дают этого сделать. Так, например, было в Америке, когда учеников отдавали в школы и заставляли говорить по-английски. Точно так же сибиряков заставляли говорить по-русски».

Вопрос совести

В Нью-Йорке противостоять медленной смерти языков пытается лингвист Дэниел Кауфман из «Альянса языков, находящихся в опасности». Он занимается проектом по сохранению вымирающих языков живущих в Нью-Йорке людей. Среди участников его проекта есть в том числе и русскоговорящие участники.

«Мы работаем с носителями кабардинского и адыгейского языка. Я не сказал бы, что они находятся на грани исчезновения. Но внутри этих диаспор в прошлом веке произошли многие перемены», — говорит Кауфман. — «Носителей языка разбросало по всему миру, и многие стали двуязычны. Те, кто живет на Ближнем Востоке, говорят по-арабски, те, кто живут в Турции, говорят по-турецки, те, кто живут в России, говорят по-русски. Во всех этих местах существует давление, вынуждающее говорить на доминирующем языке».

Об этом давлении говорит и жительница Адыгеи Жанна Шаззо – одна из участниц проекта Кауфмана. Она рассказала, что адыгейский язык выучила только благодаря отцу – в школе для изучения родного языка им выделялось часов даже меньше, чем для английского.
_________________________________________________________________________
«Россия же такое государство, которое тебе все время напоминает, что надо говорить по-русски», говорит Жанна Шаззо, жительница Адыгеи
_________________________________________________________________________

Нужно ли сохранять умирающие языки?

Может быть, как говорят некоторые скептики, если язык медленно и верно умирает, с этим надо просто смириться? Максим Кронгауз, директор Института лингвистики, не согласен с этим.

«Это такой общий вопрос: надо ли сохранять архитектурные памятники или вымирающие виды? В природе умирает все – и языки, и дома, и культуры. Вопрос в том, хотим мы об этом помнить или нет. Можно, конечно, обо всем этом забыть и бодро идти в будущее. Будет ли оно светлым, я не уверен. Можно ли теряя культуру, идти вперед? Мне кажется, что это роботизация общества. В конечном итоге необходимость сохранения прошлого – вопрос совести и культуры человечества и каждого человека в отдельности», — утверждает ученый.

«Умирающие» языки программирования

На свете существуют почти семь тысяч языков, но лишь 83 из них используются большинством населения планеты. Исследователи считают, что остальным языкам угрожает вымирание. К концу этого столетия исчезнет, вероятно, половина языков. Сотрудник Института проблем вымирающих языков Дэвид Харрисон считает, что вымирание языков – это кризис беспрецедентных пропорций. Он пытается внести свой вклад в предотвращение этого процесса.

Эта работа проводится в рамках проекта Enduring Voices (Бессмертные голоса), который поддерживается обществом National Geographic и институтом, в котором работает Харрисон.

«Я считаю это серьезнейшей проблемой сохранения нашей планеты, – говорит он. – Я прекрасно сознаю важность спасения вымирающих видов животных и растений, но над языками нависла еще бóльшая опасность. Они исчезают быстрее, и с каждым языком мы утрачивает частичку секрета выживания рода людского и его приспособляемости к условиям жизни на нашей планете».

В своей книге «Когда языки умирают» Харрисон насчитал 83 языка, на которых говорит подавляющее большинство планеты. Остальные вымирают: приблизительно каждые десять дней мы теряем по языку.

«Если взять половину из ныне существующих языков – три с половиной тысячи, то на них говорят всего лишь одна десятая процента населения планеты, – говорит Харрисон. – Поэтому если вам не безразлично сохранение знаний, то огромное количество коллективной мудрости, накопленной человечеством, хранится ничтожно малым количеством людей, которые находятся под мощным давлением со стороны глобальных языков и процесса глобализации в целом».

Участники проекта сосредоточили свою работу на регионах, которые определены как лингвистические горячие точки. По словам Харрисона, «горячая точка – это место, где имеется большое языковое разнообразие, высокая степень опасности, нависшей над этими языками, и низкий уровень их научной документированности».

…Осталось всего три носителя устного языка, который существовал на Северной территории Австралии.

Колавайя – это язык, на котором шепотом разговаривали знахари в Боливии.

Благодаря проекту Enduring Voices в Австралии, Северной Америке и в других регионах мира пробудился интерес к местным языкам, и их даже стали изучать в школах.

Мертвые и умирающие языки Индии, вы должны знать о — �� Азия — 2020

Кот увидел умершего хозяина на видео (Ноябрь 2020)

Язык наших предков, устные слова, сосредоточенные в нескольких карманах страны, дышат их последним дыханием. В этой стране с плотным полиглотом, называемой Индией, вы должны разграничить язык и диалект, чтобы понять чувство потери в лингвистическом контексте вещей.

санскрит

Все наследие индийской культуры и традиций лежит на санскритском языке. Разговариваемые священниками и используемые в качестве трансакционного языка среди тех, кто имеет дело с древними писаниями, индийские эпосы, шастры и многочисленные манускрипты были написаны на санскрите. Он также считается корнем для различных других основных языков, таких как хинди и телегу.

Kutchi

Индоарийский язык, говорящие Кучи, относятся к региону Куч Гуджарата. В сценарии были вариации, в том числе персидско-арабский сценарий для пакистанской стороны, в то время как Гуджарати был для индийской стороны. Число ораторов сильно пострадало, когда в регионе произошло землетрясение, и погибло более 30 000 человек.

пракрит

Полагают, что в основном рассеяны по северным и западным регионам Индии, язык Пракрит, как полагают, использовался при составлении писаний джайнизма. В отличие от господства санскрита, Пракрит считался народным и означал «происхождение из оригинала».

Shauraseni

Язык Натак в северной средневековой Индии, Шаурасени также известен как драматический пракрит, в котором сочинены джайнские эпосы. Кроме того, на этом языке написаны джайны ачарья, принадлежащие секте Дигамбара.

Апабхранша

Лингвистический термин, относящийся к диалектам на переходном этапе, апабрамса также относится к диалектам, преобладающим в регионе пояса Ганга. Единственным известным примером работы апабрамы мусульманина является Сандеш Расак Абдур Рахман из Мултана, возможно, написанный около 1000 г. н.э.

хиндустани

В частности, в северном индийском регионе, включая Пакистан, этот язык также известен как Хиндави и Дельви. Он развился из народных апабрамсов и может называться хинди-урду современно. Суфии, как известно, распространяли свое послание по всей земле через этот язык и с появлением Моголов в Индии, было отличное сочетание Рехты в Хиндави и Дельви.

Умирающие языки унесут с собой многочисленные тайны

Американский лингвист Дэвид Харрисон из Суортморского колледжа в Пенсильвании утверждает, что исчезновение малораспространенных языков и диалектов приведет к потере уникальной информации о флоре и фауне нашей планеты, передает Известия науки.

В настоящее время существует порядка 7000 разговорных языков и наречий, половина из которых могут исчезнуть к середине текущего столетия. Зафиксировать все эти языки и диалекты очень непросто, между тем, они хранят в себе знания, связанные с традициями и культурой конкретной народности. На некоторых из умирающих языков могут свободно разговаривать всего несколько десятков человек. Спасти такие языки практически невозможно.

Исчезновение части языков и наречий, по мнению Харрисона, представляет проблему не только с точки зрения культуры. Лингвист подчеркивает, что умирающие языки аборигенов и малочисленных народностей хранят невосполнимые сведения о местном животном и растительном мире. Такая информация накапливалась столетиями и поэтому тесно переплетена с умирающими языками. Например, животное, которое сибирское племя охотников-собирателей Тоджу называло простым словом «чери», в переводе будет звучать как «двухгодовалый некастрированный самец ездового северного оленя».

Дэвид Харрисон также подчеркивает, что исчезающие языки хранят уникальные сведения о взаимоотношениях различных видов, поведении животных и так далее. Сейчас официально классифицировано лишь около 20% представителей животного и растительного мира. Информация же о многих других видах растений и животных не известна ученым, но может быть зашифрована в умирающих языках. Поэтому спасение таких языков представляет собой очень важную задачу.

Цукерберг рекомендует:  Аннотации в Java. Не путать с комментариями
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Все языки программирования для начинающих